Александр Морозов: водородомобиль в своей сущности – это электромобиль

Новые технологии получают все большее распространение в повседневной жизни: если одни входят в нее постепенно, то другие – стремительно въезжают, меняя привычный быт. Так происходит с автомобилями на новых, экологичных двигателях: если еще пять лет назад они казались абстрактной концепцией будущего, то сейчас «электрозаправки» становятся частью городского ландшафта, в развитии электрического автотранспорта от остального мира не отстает и Россия. Кто из автопроизводителей первым запустит серийный легковой электрокар в стране, о перспективах водородного транспорта и строительстве новых заводов в интервью РИА Новости рассказал замглавы Минпромторга РФ Александр Морозов. Беседовала Наталия Мирошниченко.

– Цели, которые стоят перед правительством, – не просто создать электромобили или машины на водороде и сделать нашу с вами жизнь более комфортной, экологически чистой. Они гораздо шире. Речь, по сути, о создании новых инновационных отраслей.

Если посмотреть глобально, то электрические, водородные, беспилотные, связанные с обменом и хранением данных технологии – основные направления для развития и инвестиций в отрасли.

– Вы думаете, мы действительно не имеем возможности и интереса со стороны наших концернов? Имеем такую слабую научную базу в России? Конечно, нет. Инвестиции в инновационный транспорт, как правило, требуют участия двух сторон – инвестора и государства. Концепция по развитию производства и использования электрического автомобильного транспорта до 2030 года – предложение государства для глобальных и российских автопроизводителей по совместному развитию рынка инновационного транспорта. Если вы хотите участвовать, – а все производители имеют амбициозную цель расширить свое присутствие на региональных рынках – вы должны инвестировать. Государство должно со своей стороны создать условия для поддержки инвестиций. В чем, как правило, заключается господдержка? Либо в уменьшении налогов, либо в субсидировании.

– В следующем году – на порядок.

– Бюджет проекта не собран в какой-то одной бюджетной строчке, он распределен между министерствами. Часть господдержки будет осуществлять Министерство энергетики. Это развитие заправочной инфраструктуры: как электрических заправок, так и водородных. Часть будет со стороны Министерства промышленности и торговли. Тут речь о создании производств электрокаров и водородных автомобилей, создании производств ключевых компонентов: топливных элементов, аккумуляторов, силовой электроники и стимулирование спроса. Еще один участник – Министерство транспорта. За ним дорожная инфраструктура – датчики, средства телеметрии. В целом, в концепции много участников. К примеру, «Росатом» видит себя инвестором производства водородных топливных элементов и аккумуляторных батарей, «Газпром» – инвестором производства очистки водорода, нефтяные компании – производства водорода.

– Принципиально новых программ не планируется, но будут расширены уже действующие: внутри них появятся новые разделы. Например, у нас есть программа льготного автокредитования, в которой со следующего года появятся электромобили. Кроме того, сейчас готовится к выпуску еще один важный документ – о реализации программы развития компонентов. В нем будут сформулированы правила господдержки для частных компаний, инвестирующих в создание заводов по производству высокотехнологических компонентов.

– Именно. Появится завод по производству топливных элементов, завод по производству силовой электроники, завод по производству аккумуляторных ячеек. Это то, что у нас в настоящий момент отсутствует.

– К 2024 году мы должны заключить специальные инвестиционные контракты с инвесторами. Это значит, что заводы начнут строиться, частные инвесторы примут на себя соответствующие обязательства перед лицом государства. Но это только первое направление, на одном топливном элементе не поедешь. Второе – производство самих электрокаров и машин на водородной тяге. По сути дела, у автопроизводителей есть два варианта: использовать существующие мощности и на них производить электромашины, либо строить специализированные новые заводы по их производству.

– Заявку сделал «Камаз». Помните электромобиль «Кама»? У «Камаза» уже есть опыт производства электробусов, и они обсуждают запуск завода в 2024-2025 году. Надо сказать, что сегодня Москва является главным интересантом и драйвером этого процесса.

– Да, специально под «Каму». Я думаю, что это будет так. Размерность маленькой машины и большого «Камаза» слишком отличается. В ближайшее время мы будем с интересом следить за новостями от компании, они сейчас ждут решения акционеров и будут определяться с площадкой. Думаю, это будет небольшой завод, производство электромобилей – очень компактная история.

– «АвтоВАЗ» сейчас изучает этот вопрос. Кстати, по их мнению, определяющий фактор в принятии решения – «плотность» электрических заправок. Если ты можешь ездить только в центре одного города, наверное, еще подумаешь, покупать электромобиль или нет. Говоря о ключевых магистралях, то их достаточно просто электрифицировать для перевозки грузов. Как только мы переходим к автомобилям физических лиц, то вопрос номер один не производство машин, а наличие разветвленной сети быстрых заправочных станций.

– Итак, мы говорили о «Камазе», еще есть «Моторинвест» в Липецкой области. В свое время его глобально поддержали «Россети». Я надеюсь, что липецкая компания подпишет с нами специальный инвестиционный контракт о производстве электромобилей на своем заводе полного цикла, который уже построен. Следом идет очень амбициозная компания «Автотор», которая находится в Калининграде. Это наш самый западный форпост. Компания уже внесла предложения по изменению специального инвестиционного контракта по добавлению в него в том числе различных инновационных видов транспорта. Межведомственная комиссия в ближайшее время будет рассматривать изменения в СПИК «Автотора».

– В процессе. Zetta планирует получить сертификат безопасности в категории L-7, то есть как облегченное транспортное средство.

– Я думаю, что быстрее всех на рынок выйдет проект из Липецка. За ним по пятам будет бежать Zetta (при условии привлечения дополнительных инвестиций в проект). Потом, я думаю, будет «Кама». И все это в ближайшие два-три года.

– Верно, но в чем смысл электромобильности? В том, что количество проектов по производству электрических транспортных средств вырастет значительно. Мы сейчас знаем примерно 100 брендов автомобилей, по мере перехода на электричество их количество будет тысяча, вот увидите. В чем причина? К примеру, традиционный автопроизводитель потратил колоссальное количество времени и денег на производство двигателя внутреннего сгорания, автоматической коробки передач. Чтобы это сделать, нужны не только люди – нужны годы. Теперь берем электромобиль. Двигатель внутреннего сгорания и автоматическую коробку передач разрабатывать не требуется. Что осталось? (Колеса, тормоза, сидения, стекла не считаем). Осталась батарея, электродвигатель и система управления к ним. Это значит, уже сегодня компания может достаточно быстро организовать сборку электромобилей, если договорится с поставщиками компонентов, собрав своеобразный «конструктор» из доступных узлов и агрегатов.

– Я знаю, какие напряженные переговоры они ведут со своим партнером в лице компании «Автотор», с рядом российских регионов. Плюс территория Калининградской области для BMW исторически является очень важной. Поэтому я думаю, что скоро нас ждут весьма «зеленые» новости.

– В России активно развивается китайская компания Haval, которая имеет большие инвестиционные планы в Тульской области. Это один из мировых лидеров по инвестициям в водородное движение. В Китае у них находится один из самых крупных в мире инжиниринговых центров по исследованию, конструированию и производству машин, работающих на водороде. Мы с компанией Haval и губернатором Тульской области ведем активный диалог по этому направлению.

– Водородомобиль в своей сущности – это электромобиль. Чем отличается водородная машина от электрической? В случае электромобиля колеса приводит в движение электромотор, который получает энергию от большой тяговой электрической батареи. В случае водородной машины источником энергии является не тяговая батарея (хотя там электрическая батарея есть, но небольшая), а водородный топливный элемент, который превращает газ (водород) в электричество. То есть у них общая электрическая платформа, но разница принципиальная. В случае электромобиля мы храним электрическую энергию в виде химической реакции. Здесь есть и плюсы, и минусы. К минусам можно отнести очень высокую зависимость этого источника энергии от температуры окружающей среды. Как известно, с каждым понижением температуры на 10 градусов скорость химической реакции падает в 2-4 раза. Когда на улице минус 20, как было прошлой зимой, эффективность электрического аккумулятора резко падает, т.к. скорость химической реакции многократно понижается. Учитывая наши климатические условия, для коммерческого магистрального транспорта водород будет более перспективным. Плюс пробег (запас хода) водородной машины гораздо больше электрической.

– Еще одна важная задача, если мы хотим стать страной, которая участвует в технологической гонке, – собственная испытательная и сертификационная база для электрических машин, топливных элементов и других компонентов. Для этого запланировано создание в России центра исследования и сертификации, где любой производитель автомобилей или компонентов сможет пройти международную сертификацию.

Это Вас за интересует
А что думаете Вы?!

Email адрес не будет опубликован.