На сцене он — король. Уверенный, блестящий, непробиваемый. Но стоило 58-летнему Филиппу Киркорову заговорить о 13-летнем сыне Мартине на презентации нового шоу, и весь этот панцирь дал трещину. Артист, привыкший держать удар перед тысячными залами, признался публично: он растерян. По-настоящему, по-отцовски — до беспомощности.
Футбол, дизайн и виртуальная пропасть: как изменился Мартин Киркоров
Ещё пару лет назад у Мартина, казалось, было всё: серьёзные футбольные тренировки, творческие амбиции — в 11 лет мальчик представил собственную коллекцию одежды, вдохновлённую старшей сестрой Аллой-Викторией. Подросток выглядел как человек с горизонтом. Но 2026-й что-то сломал в этой картине.
По словам Филиппа, спорт сыну теперь «абсолютно по боку». Экран поглотил всё. Компьютерные игры вытеснили футбольное поле, эскизы одежды и любые живые интересы. Певец не стал подбирать дипломатичные формулировки, назвав зависимость наследника от гаджетов «большой бедой и настоящей болью», — об этом сообщает Voice со ссылкой на слова самого артиста.
«Я расстроен и не знаю, что с ним делать», — признался Киркоров. Три слова. Без позёрства. Без привычного блеска.
Единственный метод, который поп-король считает действенным, — радикальный: физически отключить компьютер от сети и буквально вытащить сына на корт или волейбольную площадку. Падл-теннис, волейбол — всё что угодно, лишь бы оторвать от монитора. Примечательно, что сам Мартин, по словам отца, унаследовал не только его характер, но и специфическую фобию: мальчик, как и Филипп, спит только при включённом свете.
13 миллионов за учёбу и хейт от одноклассников: школьные скитания детей Киркорова
Проблемы с мотивацией Мартина трудно рассматривать в отрыве от контекста последних лет. Весь 2024-й и начало 2025 года Алла-Виктория и Мартин провели в элитной школе Дубая — обучение обходилось Киркорову в 13 миллионов рублей в год за двоих детей. Заграничная жизнь оказалась далеко не идиллией: подростки столкнулись с жёстким хейтом со стороны сверстников — исключительно из-за публичности отца. Дети метались между российскими и зарубежными школами, не находя точки опоры ни там, ни здесь.
Алла-Виктория, кстати, призналась подписчикам, что пережила в российской школе момент, который сама охарактеризовала как «большой кринж» — впрочем, детали великодушно оставила при себе.
Сейчас оба учатся в частной школе неподалёку от семейного дома в Мякинине. К 1 сентября Филипп собирал их лично — с надеждой, что привычная среда и родные стены наконец помогут детям зацепиться за учёбу. Шоу-бизнес, к слову, в планы отца для детей не входит категорически: «пропихивать» их на сцену он не собирается, главное — образование. Вот только учиться наследники, по его же словам, тоже не любят.
Получается замкнутый круг: ни сцена, ни школа, ни спорт — только экран. Интересно, что скажет сам Мартин об этом лет через десять — и будет ли тогда отец всё ещё искать, куда спрятать сетевой кабель?