России осталось решить одну большую проблему

Про эпохальность текущих событий — послание Путина Федеральному Собранию, отставку правительства и нового премьера — не говорит только ленивый, но они начинают играть новыми красками, если на ситуацию смотреть в ретроспективе процессов последних лет.

В 2013-14 годах Россия столкнулась со сложнейшим геополитическим вызовом со стороны Запада. И ответила на него.

Принципиально важное обстоятельство: к этому моменту «контрольный пакет» власти в государстве уже находился в руках национально ориентированной части отечественной элиты. Той самой части, что осознала безальтернативность своей связи с Россией. То есть речь о людях и группах интересов, между которыми могут существовать противоречия и даже конфликты, но всех их объединяет твердый консенсус по поводу абсолютной ценности государства и национальных интересов, поскольку с этой подводной лодки им некуда деваться.

Путин дал россиянам обещание

Именно благодаря этому Россия ответила на брошенный вызов и даже перешла в контрнаступление. Основные точки известны всем — Крым, Сирия, «Турецкий поток», «Северный поток — 2» и т.д.

Одновременно и параллельно с этим внутри России государство решало другую сложнейшую задачу — недопущение социально-экономического краха, поскольку именно по данному направлению Западом наносился главный удар для дестабилизации страны.

Если за большую политику отвечали высшее руководство и пресловутые siloviki, то внутри страны основную роль сыграл финансово-экономический блок (не только правительства, но и иных структур — включая ФНС, кстати). Обычно этих людей принято ругать последними словами — за все, включая приверженность людоедскому капитализму и компрадорство. Однако их работа за эти годы подтвердила (как минимум, в глазах Путина) надежность либерально-монетарной стратегии для удержания стабильности системы — консервативный подход к базовой ставке, курсу национальной валюты, золотовалютным резервам и так далее, и тому подобное.

«Компрадоры» выполнили свою задачу: из организованного России «идеального шторма» они ее уверенно вывели, обеспечив устойчивость и управляемость системы в самые опасные моменты.

Таким образом, во второй половине 2010-х государство успешно справилось с обоими вызовами: вернуло себе великодержавный статус и удержало внутреннюю стабильность.

И тут грянуло президентское послание 2018 года, повергшее в шок не только Россию, но и весь мир откровениями Путина о новых разработках в сфере вооружений. Столь выразительное педалирование темы не оставляло вариантов для разночтений: высшее государственное руководство оценивало как высокие риски военного нападения на страну в обозримом будущем — и стало принимать активные превентивные меры по недопущению такого развития событий.

Судя по всему, и эта задача была успешно решена за прошедшие два года.

Теперь на повестке дня следующая титаническая цель: то, что в последние годы принято называть словом «трансфер», то бишь подготовка к изменениям в стране после президентских выборов 2024 года.

Большая часть комментариев по поводу инициатив Путина упорно концентрируются на сиюминутных интерпретациях (ах, он, похоже, себе место готовит в Госсовете, чтобы остаться у власти на следующие двадцать лет), хотя планы внесения изменений в Конституцию однозначно указывают, что речь идет о куда более масштабных вещах.

В данный момент у России осталась последняя большая проблема — человеческий фактор. В руках президента сосредоточено такое количество полномочий и власти, что от его личности зависит слишком многое. Потому и сколько шумихи вокруг кандидатур возможного преемника: неудачный выбор — и достижения двух десятилетий пойдут прахом. А от неверного выбора никто не застрахован. Даже Путин, с которым стране очень повезло.

Единственный способ решить эту проблему — ввести некие системные, институциональные предохранители, которые позволят смягчить последствия нахождения на первом посту в государстве «не того» человека, ежели таковое случится.

И вчера стране был представлен в общих чертах план этих самых «предохранителей»: некоторое усиление парламента плюс институт Госсовета, чьи функции пока не ясны.

В России крайне живуче традиционное представление о власти «хороший царь — плохие бояре». Однако оно кардинально неверно.

Современная российская власть по своему существу коллегиальна. Да, сейчас авторитет и влияние Путина недосягаемы, но все нулевые он был скорее первым среди равных. Одной из главных его функций (с которой он, кстати, блестяще справлялся, отчего и устоял в самые сложные для себя времена) было выступать арбитром и медиатором между различными элитарными группами и центрами силы. Но даже сейчас он продолжает делить ответственность за решения, особенно по самым важным вопросам (Крым, Сирия), с коллегиальными органами — Совбезом, Совфедом. И это вовсе не показуха — это реальность российской системы госуправления.

И именно ее теперь будут закреплять в конституции.

Ну а заодно решат проблемы помельче. В частности, официально зафиксируют контроль национально ориентированной части элиты над государством и вставят предохранитель для недопущения к власти представителей сил, связывающих свою жизнь с другими странами.

Что же касается общества, то озвученные планы социальной поддержки на многие миллиарды рублей дают ему внятно понять, что у страны не просто есть деньги — они и дальше будут поступать запланированным широким потоком.

Государство уверено в благополучном стабильном развитии России в обозримом будущем. У него есть единственный главный запрос к обществу — воспроизводство.

Для удержания уже имеющихся достижений и дальнейшего поступательного развития страны нужны люди, а значит преодоление очередной волны демографического кризиса, в который мы свалились. И именно в решение этой задачи будут вливаться озвученные Путиным колоссальные средства.

Видео дня. Мать похитила дочь-лесбиянку

А что думаете Вы?!

Ваш электронный адрес не будет опубликован.